...
До сих пор одни поэты германские, нам современные, хорошо поняли
Феокрита: Фосс, Броннер, Гебель произвели идиллии истинно народные;
пленительные картины оных переносят читателя к той сладостной жизни в недрах
природы, от которой нынешнее состояние общества так нас удаляет; они вселяют
даже любовь к сему роду жизни. Успех сей производят не одни дарования
писателей: Санназаро, Гесснер имели также дарования. Германские поэты
поняли, что род поэзии идиллической, более нежели всякий другой, требует
содержаний народных, отечественных; что не одни пастухи, но все состояния
людей, по роду жизни близких к природе, могут быть предметами сей поэзии.
Вот главная причина их успеха.
Где, если не в России, более состояний людей, которых нравы, обычаи,
жизнь так просты, так близки к природе? Это правда, русские пастухи не
спорят в песнопении, как греческие; не дарят друг друга вазами и проч.; но
от этого разве они не люди? Разве у них нет _своих_ сердец, _своих_
страстей? А у других простолюдинов наших разве нет своей веры, поверий,
нравов, костюмов, своего быта домашнего и своей, русской природы? Наши
многообрядные свадьбы, наши хороводы, разные игрища, праздники сельские,
даже церковные суть живые идиллии народные, ожидающие своих поэтов. Как умел
Феокрит всем этим пользоваться! Желая описать, например, _Праздник
Ад_о_ниса_, как он искусно возвышает похвалу его, влагая оную в уста лиц
низшего состояния. Идиллию сию я перевесть осмелился. Одна из труднейших, по
множеству пословиц и простонародных оборотов, она в переводе, может быть, не
удовлетворит требованиям знатоков языка греческого; но да простят слабости
перевода за намерение познакомить сколько-нибудь читателей, не знающих
по-гречески, с одним из необыкновенно оригинальных произведений поэта
древнего, которое более других его идиллий доказывает, что и в новейших
литературах идиллия также существовать может, если поэты будут уметь,
подобно Феокриту, пользоваться предметами...
|
